"Права у вас есть у усех, а суда вы пришли получать вOдитэльское удостOверэээние!", - вещал преподаватель ПДД школы ДОСААФ, расположенной в полуподвальном помещении одного из жилых домов на "Шестом", как неизвестно почему называли этот район. Звали дядьку Николай Васильевич и внешне он был даже чем-то похож на своего знаменитого двойного тезку. Те же, знакомые по портретам, спадающие волной волосы... Вот только усов не хватало..

В те славные годы для получения водительских прав, ой пардон, удостоверения, надо было обязательно проучиться минимум 3 месяца в школе ДОСААФ и сдать целых четыре экзамена - внутренний по теории, внутренний по вождению и такие же два, но уже с представителями ГАИ. Это потом придумали частные курсы, да и ГАИ перешло на "самоокупаемость" и получить заветную корочку, а позже и карточку стало хоть и дороже, зато быстрее. А тогдаа... учись и никаких гвоздей. Пропуски карались отчислением, а на запись была громадная очередь. А самое интересное было в том, что дамам для поступления требовалось пройти медкомиссию включающую зачем-то и гинеколога.

Николай Васильевич считал себя артистом оригинального жанра и его лекции изобиловали шутками и прибаутками, самым удачным из которых все таки было далеко до фраз сказанных всерьез. Всякий раз заканчивая что-то серьезное наш артист подчеркивал важность словами: "Вот вы удумайтесь шо я щас сказал!" и требовательно оглядывал аудиторию чтоб убедиться, что все таки "удумались".

Теоретические занятия длились по 2 или 3 часа два раза в неделю при постоянном аншлаге. А еще были практические - уроки вождения, проводимые естесственно в индивидуальном порядке несколькими инструкторами. Мне достался коротышка, который даже при моем исполинском росте в пупок дышал. Был он бывшим дальнобойщиком, списанным после инфаркта с большой дороги. Уж не знаю на какой почве отхватил он "микарда", но с нервишками у него было не ахти, а на физиономии периодически красовались следы порока.

Уроки начинались в гололед и мой "гулливер" частенько хватался за сердце после особо удачно завернутых пируэтов на дороге. В качестве "учебки" использовался аппарат супер гиганта отечественного автостроения Волжского Автозавода. Это была то ли копейка, то ли одиннадцатая модель жигулей.

Бензин ваш - уроки наши был принцип школы ДОСААФ тех времен, потому как становившаяся нэзалэжной ненька Украина, выпендрившись в очередной раз перед старшей сестрой, попала в бензиновую немилость последней. Топлива выдавали ровно столько, чтоб доехать с заправки домой и лишь особо хитрые граждане продолжали ездить как ни в чем не бывало. В общем учителя вождения старались совместить полезное с полезным. Именно так, потому что уроки с нами назвать приятным трудно, а полезным были всякие мелкие гешефты которые проворачивались имея "тачку" да еще и с каким никаким, а водилой. Так что ездили мы по "точкам" развозя и "подбрасывая" подруг, друзей да коробочки с сумочками.

Мой учебный аппарат был в целом неплох, хотя тарахтел как ведро с болтами да и водительская дверь его закрывалась только иногда. Я даже приходил минут за 10 до начала занятия, чтоб успеть её закрыть и не заставлять нервничать моего сердечника. Бывало что успевал.

Однажды я вот так сидел и практиковался в закрытии двери, когда из школьного полуподвала галопом выскочил инструктор и с озабоченной рожей плюхнулся на свое место. "Поехали",-последовала команда. Я продолжал закрывать дверь... "Паааееехалии!", - заорал он и шваркнул моей дверью так, что открылась его. Он её закрыл и стал нервно следить за моими манипуляциями с рычагом передач. "Быстрей!",- наконец не выдержал он моих 40 км в час. "Еще быстрей", - хотя я был на предельно разрешенных для учебки 50. "Давай, давай" торопил коротышка и хлопнул меня по правому колену , послав педаль газа вниз до ограничителя.

4-я, 5-я... - летим 130. Я от страха мертвой хваткой вцепился в руль и жду когда развалится на очередной колдобине моя калымага. "Там свернешь", - ткнул пальцем куда-то вперед этот долбаный Шумахер и отвернулся в свое окно. Когда мы доехали до этого "там" - сворачивать было поздно. Но мне-то откуда об этом знать? Я успел сбросить скорость где-то до 80 и жестом каскадера лихо крутанул баранку вправо. Визг колес по асфальту был заглушен молодецким "БляаааааA". Тачила замерла поперек улицы и даже через закрытое окно запахло паленой резиной. "Тттты, тыыыыы, блин что убить меня хочешь?" - с пеной на губах орал этот поц и держался за сердце. "Тaaак даже на спортивной машине не делают, а ты на этом драндулете!!!! Ааааааа!",- продолжал он хватая воздух. Слава Богу жить мы остались оба. И кажется даже повторного инфаркта у него не случилось.

А тем временем изучение правил, материальной части и выслушивание реприз товарища Гоголя продолжалось своим чередом. "От меня часто спрашивают",- начал как-то он, - "КоГдaaaа нуууууужно уключать сиГнаaaл поворррооОта"... После театральной паузы и убедившись что взоры будущих покорителей бескрайних украинских шляхив обращены на него, продолжил: "Обычно я отвечаю так". Снова пауза и наконец поперло: "СиГнал пОвОрОта тОварищи нужно уключать заблаговрэмэнно... но не прэждеврэмэнно... то есть - своеврэмэнно". В классе воцарилась тишина. Глубина мысли ошеломила даже самых недалеких. Привыкшие к репризам слушатели удивились неожиданно удачной, а лектор как бы упреждая вдруг заявил о серьезности своих слов: "Вот вы удумайтесь шоoo я щас сказал…". Что тут началось... Большинство тихо похрюкивая сползли под стол, другие стали сморкаться в платочки. Представление удалось!

А потом был экзамен и торжественное вручение выстраданной красной корочки, на которой на русском и почему-то французском языках было написано "Водительское удостоверение". Все! Свершилось! Теперь дело за малым - где бедному студенту, выходцу из семьи честных советских инженеров раздобыть железного коня? И этот процесс протянулся - "через годы, через расстоянья".

Наградой за долгое ожидание стало то, что первым моим четырехколесным другом стал не какой-то там металлолом, исторгнутый из итальянского чрева на губительную российскую почву, а настоящий японский аппарат, пахнущий новым пластиком и сверкающий зеленым металликом краски. Эх как мне не хватало тебя в те славные студенческие годы! Был бы первым парнем на деревне - никак не меньше!